В село Веселое немцы вошли 22 августа 1942 года. В полдень улицы села мгновенно заполнились военной техникой. У ворот каждого дома останавливалась машина. Солдаты, говорившие на незнакомом языке, быстро открывали ворота, и машины въезжали во дворы. Затем солдаты вбегали в дома и автоматами выталкивали жильцов на улицу. Так они поселились в каждом доме, а потом начали резать скот, съели все продукты, которые были в домах, а изгнанным людям не позволялось ничего брать...

В те времена каждая сельская семья резала к зиме скотину, а если семья большая, то и по две головы. Мясо засаливали, а потом подвешивали на чердаке, чтобы подсыхало и слегка коптилось на дыму. Я помню, как немцы приносили с чердака это мясо и соленое сало, как подавали съестное вниз с лестницы…

Оставшиеся после мобилизации мужчины пошли в поле, выкопали там землянки недалеко от села. Нас, детей, тоже взяли туда. Мы, чем могли, помогали старшим: ведрами относили землю в сторону и рассыпали ее. В этих землянках и жили, пока немцев не прогнали части Красной армии. Старшие не позволяли нам днем выходить из землянки, только ночью мы могли дышать свежим воздухом... И сейчас перед моими глазами то и дело встает такая картина. Однажды ночью мы смотрели в сторону села. Там что-то горело. Огонь поднимался высоко в небо. Старшие сказали, что на чей-то дом упала бомба и дом горит... Утром отец, возвратившийся из села, сказал, что сгорел дом Бериева Михаила. В то время хозяин сгоревшего дома воевал на фронте. К несчастью, Михаил не вернулся с войны. Семья успела получить от него только одно письмо… Так же были уничтожены многие дома в селе вместе со всем имуществом... Помню еще такой эпизод. Когда люди стали возвращаться в село, то нас тоже привел отец. Мы вошли во двор и услышали разговор из сарая. Мы испугались, думали, что это немцы. Но отец сказал: «Не бойтесь, это наши». Оказалось, это немцы оставили под замком наших солдат, попавших в плен, позабыв о них из-за поспешного отступления. Буквально в трех метрах от этого сарая упала бомба, еще одна упала в двух метрах от ворот, но, к счастью, они не взорвались, только стекла в окнах осыпались. Пока не обезвредили бомбы, старшие не выпускали детей из дома...

Во время войны и после нее проводились большие работы в помощь фронту, а потом по восстановлению разрушенной мирной жизни. Наши односельчане также помогали приближать Победу. Оставшиеся мужчины уходили в партизаны и всеми силами старались помогать нашим воинам. Женщины шили одежду, готовили еду. Между Моздоком и станицей Стодеревской 12–13-летние юноши носили воинам пищу и теплую одежду. В селах и колхозах всегда помогали семьям, чьи кормильцы ушли на фронт. Были созданы специальные комиссии, чтобы эти сельчане по возможности ни в чем не нуждались. В 1944 году из трех сел Моздокского района – Ново-Георгиевского, Веселого и Комарова – на деньги, собранные жителями, были куплены два самолета «Ил-2». Они были подарены советскому авиатору Михаилу Клименко и его земляку Геннадию Цоколаеву...

Так, не щадя сил, помогали мои односельчане армии и солдатским семьям. Уже в послевоенные годы Акоев Н., Гасиев А., Дулаев Т., Дзебоев Г., Каргиев Д., Джидзалов Х., Джидзалов С., Дзукаев Б., Сохиев Х. и другие (всего 56 человек) были награждены медалью «За доблестный труд в ВОВ 1941–1945 гг.», «За оборону Кавказа» – 23.

В Великой Отечественной войне из Моздокского района погибли 11908 человек. Из них 7905 не были захоронены на родной земле...

Когда забирали на фронт молодых ребят, матери и бабушки бежали за машинами, увозившими их. Они нередко доходили пешком до железнодорожного вокзала в городе Моздоке, а их дети в это время уже проезжали станцию «Прохладный»... Но все же до вечера женщины сидели и смотрели в напрасном ожидании…

Раиса КАРГИЕВА,
село Веселое Моздокского района.