Причин такого явления можно назвать множество, но есть одна, на которую хотелось бы обратить наиболее пристальное внимание. Заключается эта причина в широко распространенной среди священнослужителей практике крестить по принципу: сначала покрестим, а там видно будет. И, как следствие, всегда можно отчитаться, что вот в этом году крещение у нас приняли столько-то человек, а вопрос, сколько из них реально воцерковились и стали прихожанами, как правило, не ставится вообще. Поэтому ответ на вопрос, кто виноват в том, откуда у нас столько «христиан», которые в храм не ходят, потому что «Бог у них в душе», думаю, вполне очевиден.
В прошлом году Святейший Патриарх Кирилл так высказался на эту тему:
«Прошло то время, когда мы, радуясь самому желанию принять Святое Крещение, откликались на него незамедлительно. Сегодня важно пояснять приходящему к Таинству, какие обязательства он принимает на себя, становясь членом Церкви; надо пояснять и крестным родителям, какую ответственность они берут, воспринимая младенцев из купели Крещения. Оглашение следует проводить со всеми взрослыми и детьми старше 12 лет, желающими принять Таинство Крещения. Недопустима практика совершения Таинства Крещения над людьми, к нему не подготовленными (за исключением особых случаев, например, страха ради смертного). В случае крещения младенцев подготовку должны пройти родители и восприемники».
Правильность слов Предстоятеля подтверждается каноном Православной Церкви. Корпус канонов Православной Церкви имеет немало упоминаний о порядке подготовки к Крещению. «Готовящимся ко крещению надлежит обучаться вере» (78 канон VI Вселенского Собора и 46 канон Лаодикийского Собора). Во 2-м каноне I Вселенского Собора попытка оглашать недавно обратившихся от язычества людей лишь «краткое время» и «вскоре» крестить признана нарушением церковных правил. Под угрозой исключения из клира священникам предписано выделять определенный период на оглашение, т.к. это является благом для духовного роста оглашенного. 45-й канон Лаодикийского Собора запрещает принимать в списки крещаемых имена тех людей, кто не изъявил решительного желания принять Крещение и не участвовал в огласительных беседах в течение месяца (в древности Крещение совершалось в Великую Субботу). Оглашение перед Крещением дает человеку время на осознание важности предпринимаемого им шага и испытание твердости намерений (2-й канон I Вселенского собора). О негативных последствиях крещения взрослых людей без какой-либо подготовки говорил известный миссионер-проповедник ХХ века митр. Антоний Сурожский: «Неужели нам надо таких творить? Если человека крестить преждевременно, без подготовки, он потом не растет. Он уже свое получил, зачем ему еще чему-то учиться?»
В Концепции миссионерской деятельности Русской Православной Церкви (РПЦ) отмечено, что «того, кто не хочет посильно потрудиться ради Бога и осознанного, ответственного вступления в Церковь, крестить «по первому требованию» вряд ли полезно».
Стремление как можно быстрее крестить человека во многих случаях является проявлением магического миросозерцания, когда «полезность» участия в Таинстве оценивается безо всякого учета свободной воли человека и его способности воспринять и сохранить благодатные дары.
С точки зрения православного богословия «крещение не имеет значения для спасения крещенного, если он не будет наставлен и не научится истинам веры, которые он свободно примет». Некрещеный будет судим по закону совести, а крещеный человек - по закону Евангелия, даже если он и не собирался свою жизнь посвятить Христу: «Принявшие Крещение в младенчестве и недостойно прожившие всю жизнь будут иметь большее осуждение, чем некрещеные, как поругавшие... святую одежду Христову». «Кто по принятии благодати Крещения делает лукавые дела, тот отпал от благодати, и Христос нимало не поможет ему, пребывающему в грехе».
Стремление как можно скорее крестить обратившегося к вере взрослого человека противоречит традициям и канонам Церкви.
В начале своих личных рассуждений на эту тему, хочу, прежде всего, ответить на вопрос: как определить и посчитать православных? Ведь считать можно очень по-разному. Социологи нам говорят о том, что по разным источникам у нас в стране то ли 70% православных, то ли 80%. Но очевидная неправда этих данных обнаруживается тем фактом, что даже десятой части из этих 80% никто не видит в храме даже на Пасху. Но откуда же взялись эти 80%? Как их подсчитали. Да очень просто, так же как социологи считают все остальное. Подходят к вам на улице, звонят вам по телефону и спрашивают: а кто вы по вероисповеданию? Православный христианин, - отвечаете вы. И социолог спокойно ставит, где положено, галочку – вот еще один православный. Но только кто ему отвечал на вопрос? Это запросто мог быть и кришнаит, потому что он считает Христа аватарой (воплощением) Кришны, Кришна и Христос – похожие слова, следовательно, для кришнаита нет никаких особых препятствий назвать себя христианином. Христианами могут, не моргнув глазом, назвать себя «Свидетели Иеговы», несмотря на то, что они полностью отрицают всю христианскую догматику, христианами назовут себя члены рериховского общества, хотя они официально отлучены от Церкви. И уж, конечно, самыми христианистыми христианами выставят себя всевозможные бабки, колдуны, экстрасенсы, ворожеи, гадалки и астрологи. И с точки зрения социолога все они будут считаться христианами, поскольку сами так себя определили.
Согласно же учению самой Православной Церкви, православия и христианской жизни нет и не может быть за пределами Церкви. Православный христианин – это обязательно член Церкви, а членство в Церкви определяется не только самоназванием данного лица, но и суммой его религиозных убеждений, правильным исповеданием веры и участием в Церковных Таинствах.
Ведь Сам Господь Иисус Христос говорит от чего зависит наша вечная жизнь: Иоан.6:53 Иисус же сказал им: истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни.

Церковь - прежде всего евхаристическая община, а не место зажигания свечек и писания записок. Поэтому определение «я христианин, потому что хожу в Церковь и свечки ставлю» никак не определяет человека как христианина и члена Церкви.
Но так как вне церковного общества господствуют совсем иные понятия о том, что такое Церковь и что такое Православие, чем в самом церковном учении, уровень знаний о вере у тех, кто приходит креститься во взрослом возрасте или желает стать восприемниками детей, очень часто не выдерживает вообще никакой критики. Приходят креститься взрослые, совершеннолетние, дееспособные люди, которые не просто никогда в своей жизни не читали Евангелие, но даже никогда не интересовались его содержанием, а подчас и не знали о том, что вообще есть Новый завет, который является Священным Писанием Христианской Церкви. Так же приходят восприемники, которые не только никогда в своей жизни не исповедовались и не причащались, но крест на себе никогда не носили, и перекреститься не умеют. Но это не мешает им, как схимнику веригами, обвешаться фото- видеоаппаратурой и виртуозно с ней обращаться по ходу совершения таинства, видя в этом главное свое предназначение в данный момент. О знании Символа Веры, который, согласно чинопоследованию Крещения, крестный обязан прочитать после сочетания со Христом, вообще речь можно не заводить.
Все вышеописанное – это большая проблема современной Церкви. Но особо удручающей она выглядит, когда те, кто обязан по долгу ее решать, а в реальности делают все возможное для ее усугубления. Я говорю о духовенстве, вернее об очень большом количестве его представителей. Чрезвычайно широко распространена практика крещения в день обращения, практика, которая полностью выхолащивает сам смысл Таинства, сводя его к частной требе и ритуальной услуге наравне с заупокойной литией или освящением автомобиля. А попытки изменить эту ситуацию встречаются в штыки, как попытки модернизма или обновленчества. Выше, на примере Соборных решений было убедительно показано, что как раз практика быстрого крещения, совершаемого наспех и без всякой подготовки является ничем не оправданным новшеством и вредным нововведением, не имеющим никаких разумных (не говоря уже о богословских) оправданий.
Хотя нет, оправдания все-таки находятся. Рассмотрим некоторые из них, т.е. с которыми лично мне приходилось сталкиваться:
А) ЕСЛИ НЕ ПОКРЕСТИТЬ СЕЙЧАС, ТО ОНИ УЙДУТ ИЗ ЦЕРКВИ И БОЛЬШЕ НЕ ВЕРНУТСЯ. Со справедливостью утверждения поспорить трудно. Да, действительно, большая часть крещаемых таким образом встречаются со священником раз в жизни – на собственном крещении. Вторую встречу, которая происходит тогда, когда священник видит свое духовное чадо уже в гробу, встречей вряд ли можно назвать – покойник уже не с нами. Но давайте просто зададимся вопросом, если из Церкви уйдет тот, кому безразличны вопросы веры, который не знает и знать не хочет, что такое Евангелие и Кто такой Христос, если именно ТАКОЙ человек уйдет из Церкви, в нее не заходя, разве Церковь что-то потеряет? И разве этот человек что-то потеряет? Да, потеряет, но только то, от чего он сам отказался. И не желание крестить того, кому безразличен Христос, никак нельзя поставить священнику в вину, а как раз наоборот.
Б) ОНИ ЗАПЛАТИЛИ И ПОЭТОМУ НАДО ПОКРЕСТИТЬ или МЫ ЗАПЛАТИЛИ И ПОТОМУ КРЕСТИТЕ НАС. В первом варианте это как раз то, о чем «срамно есть и глаголати», т.е. кощунство в чистом виде, а во втором случае – свидетельство об очевидной деградации внутрицерковной жизни, а именно – принятие в Церковь не по вере, а по сумме внесенных денег. Пожертвования за крещение внесены раньше, чем крещаемый встретился со священником. Свое решение принять Крещение он обсуждал не со священником, а с работницей свечной лавки. А после разговора с некоторыми такими работниками может сложиться впечатление, что в Церкви крестят не во имя Отца и Сына и Святого Духа, а во имя рубашки, крестика и полотенца, поскольку это все, что нужно новокрещенному по версии некоторых «ревнителей веры».
В) ПРИШЛИ, ЗНАЧИТ, БОГ ПРИВЕЛ. Можно привести массу случаев, когда люди приходили креститься, потому что их прислал очередной экстрасенс, уговорила любимая девушка, пришли с приятелем за компанию, потому что позвали в крестные некрещеного и его теперь срочно нужно покрестить и т.п. С такой точки зрения можно назвать даром Божьим и ковровые бомбардировки, потому что, по свидетельствам людей их переживших, когда они начинаются, ничего кроме как молиться, не остается.
Увы, надо признать, в Церковь, вернее, не в Церковь, а в помещение храма (а это совсем не одно и то же), человека приводит не только Бог. Люди приходят креститься очень часто из магических соображений, не думая ни о каком Боге, и не помышляя о Христе. Поэтому слова «Бог дает по вере» могут прозвучать над ними приговором по причине полного отсутствия веры.
Думаю, что можно было бы выделить три основные причины, по которым люди приходят креститься:
а) ДЛЯ СЕБЯ. Мотивация следующая: «заболел, пойду-ка покрещусь, может поможет», или «что-то в жизни не везет, пойду-ка покрещусь», или «девушка хочет венчаться в Церкви, а я не крещеный» и т.п. Был даже случай на моей памяти, когда хотел креститься парень, которому не везло в поединках с игральными автоматами, хотел заручиться помощью Всевышнего. Это пример т.н. эгоцентрической мотивации, когда человек приходит к Таинству для решения своих бытовых материальных или психологических проблем. Он, что называется, не утруждается вопросами веры, духовной жизни, он просто пришел купить себе благополучие и не более того. На любую проповедь он ответит: зачем мне ваши лекции, я же креститься пришел к Богу, а не к вам, вот и крестите меня. Я так хочу.
Б) СОЦИАЛЬНАЯ МОТИВАЦИЯ. Когда приходят креститься не по личным мотивам, а следуя чьему-то примеру. Например, узнал некто, что Россия уже 1000 лет как православная страна и принял решение приобщиться не ко Христу, а к древней Русской культуре. Или некий осетин узнал о том, что аланы приняли христианство раньше Киевской Руси, и решил не отставать от своих славных предков, или казачьи корни кто-то нашел у себя – а как быть православным воином, не будучи крещеным. Такие причины никак не свидетельствуют о свободном решении и свободном выборе, а как раз, наоборот, о внутренней несвободе и желании быть как все: как друзья, как предки, как большинство. Понятие личных отношений со Христом, понятие покаяния, на которых и строится духовная жизнь христианина, тут вообще никак не фигурируют. В данном случае Православие фигурирует просто как некая традиция, которой можно следовать, не задумываясь о сути, как атрибут и некий социальный стереотип.
В) ВЕРУЮ ВО ЕДИНО КРЕЩЕНИЕ ВО ОСТАВЛЕНИЕ ГРЕХОВ. Вот, собственно та единственная причина, которую можно признать верной для принятия Крещения. Личная вера во Христа как Бога и Спасителя и следование не личным целям и социальным стереотипам, а Его живому Слову о том, что рождение от воды и Духа, есть условие для хотящих войти в Царство Божие. Вне всякого сомнения, это понимание не всегда возникает сразу, не всегда сопутствует желанию креститься. Но разве не задача священника воспитывать в человеке, прививать ему именно это понимание? Очевидно, что так. Понятно, что у человека может быть огонь в душе, который ведет его в Храм. Но огонь огню рознь. Если разводить костры дома в спальне или в детской, это может очень плохо кончиться. Огонь тогда хорош, когда он на своем месте – за каминной решеткой, а не на занавеске или мебели. Огонь только тогда полезен, когда он находится в специально определенных рамках. Разве у сектантов не огонь в душе и не ведет их пламенная вера, когда они зовут вас на очередное собрание и вербуют вас в свою организацию? Но при этом стать членом секты, не изучив подробно их доктрину, практически невозможно. Вы посетите сотни собраний, прежде чем заслужите «крещения» у иеговистов. В итоге получается, что средней руки сектант знает минимум 100 цитат из Писания, а новокрещенный православный не знает НИ ОДНОЙ. В силу одного этого факта, он уже посрамлен сектантом еще до того, как с ним встретился.
Есть известные слова апостола Павла: Рим.10:17 «Итак вера от слышания, а слышание от слова Божия». Отсюда и очевиден ответ на вопрос: может ли человек верить по-христиански, если проповедь Слова не слышал и сам Слово Божие не читал? Нет, не может. И потому священник, крестящий взрослого человека без наличия у него христианской веры и убеждений, грешит против Слова Божия, которое велит ему сначала учить, а потом крестить. В Писании мы не видим ни одного примера, когда Крещение происходило без проповеди, объясняющей Кто есть тот, в Чье Имя совершается Крещение. Классический такой пример описан в книге Деяний Апостольских(8 глава):
«А Филиппу Ангел Господень сказал: встань и иди на полдень, на дорогу, идущую из Иерусалима в Газу, на ту, которая пуста.  Он встал и пошел. И вот, муж Ефиоплянин, евнух, вельможа Кандакии, царицы Ефиопской, хранитель всех сокровищ ее, приезжавший в Иерусалим для поклонения,  возвращался и, сидя на колеснице своей, читал пророка Исаию.  Дух сказал Филиппу: подойди и пристань к сей колеснице. Филипп подошел и, услышав, что он читает пророка Исаию, сказал: разумеешь ли, что читаешь?  Он сказал: как могу разуметь, если кто не наставит меня? и попросил Филиппа взойти и сесть с ним.  А место из Писания, которое он читал, было сие: как овца, веден был Он на заклание, и, как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзает уст Своих.  В уничижении Его суд Его совершился. Но род Его кто разъяснит? ибо вземлется от земли жизнь Его.  Евнух же сказал Филиппу: прошу тебя [сказать]: о ком пророк говорит это? о себе ли, или о ком другом?  Филипп отверз уста свои и, начав от сего Писания, благовествовал ему об Иисусе.  Между тем, продолжая путь, они приехали к воде; и евнух сказал: вот вода; что препятствует мне креститься?  Филипп же сказал ему: если веруешь от всего сердца, можно. Он сказал в ответ: верую, что Иисус Христос есть Сын Божий.  И приказал остановить колесницу, и сошли оба в воду, Филипп и евнух; и крестил его».

Часто в святоотеческой и нравоучительной православной литературе учение о Церкви объясняется аллегорически. В одних случаев Церковь сравнивается с армией, а христиане названы воинами Христа (2Тим.2:3 Итак переноси страдания, как добрый воин Иисуса Христа). В других случаях Церковь сравнивается с врачебницей, а сам Иисус с врачом (Лук.5:31 Иисус же сказал им в ответ: не здоровые имеют нужду во враче, но больные). Так же Церковь сравнивается и с семьей (Лук.8:21 Он сказал им в ответ: матерь Моя и братья Мои суть слушающие слово Божие и исполняющие его). И именно в силу этих сравнений закономерны вопросы: воин, не желающий знать армейского устава, не имеющий представления как пользоваться оружием, может быть воином? Нет, не может! Больной, который, который уверен, что ему не нужны ни врач, ни больница, ни лекарства, имеет шанс на выздоровление? Нет, не имеет! Мужчина и женщина, которые регистрируют брак, не имея намерения хотя бы один день прожить вместе, могут называться семьей? Нет, не могут!
Да, плохой солдат может пережить бой, больной может вдруг сам выздороветь без вмешательства медицины, зарегистрировавшие фиктивный брак могут вдруг воспылать друг ко другу нежными чувствами. Так же, крещеный без оглашения может стать хорошим христианином и сам воцерковиться. Но это если и произойдет, то произойдет БЛАГОДАРЯ благодати Божьей и ВОПРЕКИ лени крестившего наспех священника. Тем, кто рассуждает так: главное покрестить поскорее, а там Бог все сам управит, уже было вынесено предупреждение: Лук.4:12 «не искушай Господа Бога твоего», и «Иер.48:10 Проклят, кто дело Господне делает небрежно».
Отдельной, очень важной темой является вопрос о крещении детей. Для многих связка родился-крестился является чем-то самим собой разумеющимся и необсуждаемым. На самом же деле Писание нигде не говорит о необходимости крещения детей, но оно так же и нигде не говорит о его недопустимости. В древности были христианские общины, которые крестили детей, были общины, которые воздерживались от такой практики, большей частью, по причине гонений, дабы не подвергать ребенка опасности наравне со взрослыми. Но, так или иначе, Церковь решила вопрос о крещении младенцев положительно, и теперь это обычная практика и менять ее и пересматривать нет никаких оснований. Но следуя этой практике надо понимать, что крестя младенца, Церковь совершает иррациональный поступок, действует вопреки здравому смыслу, опираясь не на логику и рациональность, а на любовь и надежду. Если бы Церковь Христова была бы просто организацией, объединением единомышленников, то тогда крещение младенцев в силу невозможности исповедания ими веры во Христа, было бы полным абсурдом. Так, например, считают баптисты. Но Церковь не сводится к понятию организации, как человек не сводится к понятию анатомии и физиологии, которые ему присущи. Да, у Церкви есть своя «анатомия и физиология», но есть еще и благодать, не просто вера в Бога, а усыновленность Богом, соприродность Богу в силу Причастия Телу и Крови Христа. Церковь - это прежде всего семья, а не социальный институт, но воспринять Церковь как семью можно только находясь в ней. А в семье по умолчанию есть дети. Рожденный младенец уже в силу своего рождения член семьи, в которой родился. И крестя младенцев, Церковь, таким образом, выдает родителям и восприемникам кредит доверия, поручая им воспитать ребенка в православной вере, чтобы уже во время интеллектуальной зрелости этот ребенок добровольно смог назвать своим тот путь спасения, который указал Христос. Ну а если ни родители, ни восприемники не являются православными христианами, если заранее видно, что никаким христианским воспитанием ребенка они заниматься и не думают? Можно ли выдать кредит тому, кто даже не помышляет ни о какой своей обязанности и ответственности? Можно ли покрестить ребенка, занести в Алтарь и выбросить его из Алтаря в безбожный мир по принципу: ну как-нибудь все само собой устроится, жить захочет – выплывет, лишь записочки можно было за него писать? Имеет ли смысл Крещение, которому не сопутствует НИЧЬЯ вера? Если да, тогда пусть не говорят, что мы крестим по вере. Согласны ли вы во всеуслышание заявить, что вера в деле спасения не нужна? Нет? Тогда не крестите без веры!
Но какие же из этого можно сделать практические выводы? Озвучу здесь свое личное мнение о тех необходимых практических моментах, реализацию которых считаю необходимой:
А) Не крестить в день обращения. Если мы говорим о том, что Церковь - это семья, община, то давайте вспомним, что даже в светском ЗАГСе после подачи заявления расписывают не сразу, а дают время проверить твердость своих намерений.
Очень может статься так, что человек, уже будучи крещеным, прочтя Евангелие, отвергнет его, потому что грехи для него будут иметь большую привлекательность и ценность, чем Евангельские блаженства. Получается, что судим он будет по законам, которых не знал, потому что ему их просто поленились объяснить, а узнав свободно отверг. Если человек не знаком с Евангелием, то между принятием решения креститься и самим крещением он обязательно должен с ним ознакомиться, и ознакомиться именно с православной точки зрения, потому что не надо забывать, что рано или поздно он обязательно столкнется с теми «проповедниками Евангелия», которые суть волки хищные. Те же самые требования должны быть предъявлены и крестным, и если они не воцерковлены, то Таинству Крещения должны обязательно предшествовать Исповедь и Причастие.
Б) В силу сказанного в первом пункте, мне лично видится необходимым проведения до Крещения как минимум трех тематических бесед. Первая беседа о Боге, о бытии Божием, о том, что Бог есть Личность, а не «космическая энергия», что у Бога, создавшего мир, есть определенный план в отношении этого мира. Вторая беседа о том, что план Бога о мире и людях реализован во Христе. Важно объяснить, как именно мы верим во Христа, что Христос это для христиан Бог и Спаситель, а не пророк, махатма или сверхчеловек, указавший людям один путь из массы возможных и равноценных путей духовного совершенства. Здесь обязательно должны быть раскрыты темы греха и покаяния, а так же учение о Жертве Христа, о Евхаристии. Третья беседа должна быть о Церкви, раскрыть понимание Церкви как Тела Христова, о невозможности христианской жизни вне Церкви. Особо ценным и важным подспорьем в беседе на эту тему считаю экклезиологические творения священномученика архиепископа Илариона Троицкого.
Наиболее удобно проводить эти беседы непосредственно исходя их последовательности членов Символа Веры, что способствовало, если и не полному запоминанию текста Символа Веры, но, как минимум, осознанию его содержания как важнейшего догматического текста Вселенской Церкви.
Но в начале такой практики должно стоять, прежде всего, преодоление многими священниками ложного стереотипа о том, что есть служение священника как приемника апостолов. Понимание того, что деятельность священника не ограничивается лишь совершением богослужений и исполнением треб. Пастырство подразумевает еще и учительство, поскольку руководим мы, по долгу, словесными (наставленными в Слове) овцами, а не бессловесными. И пренебрегать служением Слова означает пренебречь самим делом спасения.

Иерей Александр Пикалев