Четверг, 15 Сентябрь 2011 07:03

Женское образование в Осетии в конце XIX – начале XX веков (по материалам грузинской прессы)

Автор 
Оцените материал
(0 голосов)

Автор: Заза Сагкати

Возрождение Церкви в постсоветской России во многом зависит от просветительской деятельности. Ведь Церковь – не только и не столько величественное здание храма, но сообщество любящих Господа и образованных во Христе клириков и мирян. В сентябре в нашем городе откроется духовное училище, на которое мы возлагаем большие надежды, учитывая новые, более широкие возможности, открывающиеся перед северокавказскими христианами в связи с учреждением Владикавказской и Махачкалинской епархии.

 

В дореволюционной России просветительской деятельностью занимались в основном религиозные организации, такие как Общество восстановления православного христианства на Кавказе. Несмотря на патриархальный уклад и консервативные порядки осетинского общества, просветительские сообщества и частные лица немало усилий вкладывали в дело женского образования.

В 50-х гг. XIX в. в Осетии впервые появляются школы для девочек. В 1859 г. жена поручика Зурабова-Кубатиева открыла у себя на дому небольшой пансион для подготовки из осетинских девочек «религиозных, набожных матерей».Подобное же заведение открыла и жена жителя села Салугардан Т. Ревазова, «русская дворянка, достаточно образованная и понимающая осетинский язык». Но эти попытки не имели успеха.

В 1862 г. священник, инспектор Владикавказского духовного училища А.Колиев на свои средства открыл начальную школу для осетинских девочек. Благодаря его самоотверженному труду школа через четыре года была преобразована в 3-классное училище, названное Ольгинским. Так было положено начало женскому образованию в Северной Осетии. Во второй половине XIX в. эту школу окончили десятки девушек, которые посвятили свою жизнь учительской деятельности. В их числе были Екатерина Кулаева, Анастасия Дзугаева, Анна Хорускова, Сали Баракова, Александра Дзуцева, Госада Хатагова и др.

Учительницы, преодолевая предубеждения относительно обучения девушек, добивались открытия женских школ. По уровню организации учебного процесса они не уступали мужским. К началу 1880 г. в семи женских школах занимались 196 девочек. Газета «Дроэба» в 1883 г. отмечала, что во Владикавказе недостаточно женских школ, в то время как мужских имеется много – реальное училище, классическая прогимназия, военная прогимназия, частное реальное училище, ремесленное училище, городское и мещанское училище и др. Три женские школы: Ольгинская женская гимназия, первоначальная женская школа и осетинская женская школа – даже наполовину не удовлетворяли стремления девочек к просвещению. Относительно уровня организации учебного процесса в женских училищах у известного осетинского просветителя Харитона Уруймагова было мнение, расходящееся с оценкой авторов «Истории СОАССР»: «Если мы проследим отчеты совета общества (имеется в виду Общество восстановления православного христианства на Кавказе – З.С.) с 1860 г., то увидим, что в целой сети школ, только в четырех плоскостных осетинских селениях были женские школы, да и те по постановке в них учебной части стояли много ниже мужских школ». Об этом Уруймагов писал в 1903 г. на страницах газеты «Казбек».

Возвращаясь к публикации в газете «Дроэба» за 1883 г., следует уточнить местонахождение четырех школ за пределами г. Владикавказа, о которых не упоминает грузинская газета. Они фигурируют в статье Х.Уруймагова и статистических данных «Истории СОАССР».

В статье Л.Р. Габоевой «Из истории женского образования в Осетии» говорится, что «женское образование становилось престижным в Осетии. Удачный опыт А.Колиева повторил в Алагире священник Алексий Гатуев. Одна за другой открывались женские церковноприходские школы, учительницами в них становились выпускницы Ольгинского училища Софья Гатуева – в Салугардане (1867), Мария Саламова – в Ардоне (1871), Мария Плющ – в Ольгинском (1871), Анна Хубаева – в Дарг-Кохе (1871), Мария Коченова – в Хумалаге (1872), Мария Газданова – в Даргавсе (1878)». Итак, перечислены 6 школ, функционирующих в 60–70-е годы XIX в., но в «Истории СОАССР» говорится о семи школах, к началу 80-х гг. три из которых находились во Владикавказе. Обратимся к грузинской прессе. «Иверия» в 1891 г. сообщала, что в с.Хумалаге открылась осетинская женская школа на 50 человек, а желающих поступить было более 100 девушек. Если бы в Хумалаге открылась вторая школа наряду с той, в которой работала Мария Коченова в 1872 и, вероятно, в последующих годах, то «Иверия» бы обратила внимание своих читателей на этот факт; значит, школа, открытая в 1872 г., до 80-х гг. XIX в. прекратила свое существование, и последующий опыт женского образования в селении Хумалаг связан уже с 1891 годом.

В упомянутой выше статье Л.Р. Габоева обращает внимание на некоторые проблемы сословного и межконфессионального характера, возникающие в сфере женского образования: «Бывшая народная школа Колиева постепенно становилась, к тому же, сословной. У девочек из простых семей оставалось все меньше шансов попасть в Ольгинское училище. Были воздвигнуты преграды и для «девиц из магометанских семей». Выпускница школы Серафима Газданова пишет, что «магометанок не принимали на казенный счет, и были случаи, когда они, не имея средств учиться, переходили в христианство, конечно, скрепя сердце... и даже были случаи, когда по выходе из школы девица снова переходила в магометанство». Религиозная политика проводимая Обществом восстановления.., которое опекало школу Колиева после его смерти в 1866г., поощряемая правительством, приводила к конформизму со стороны магометанок и, как видно, не приносила ожидаемых результатов, т.к. девочки из мусульманских семей не переходили в христианство окончательно, а только на время обучения; в то же время это показатель стремления девушек к просвещению. Следует отметить и гибкость их родителей, без согласия которых девочки вряд ли решились бы принять христианство даже на время.

По сведениям «Дроэба», в 1883 г. во Владикавказе открылась армянская женская школа. Это свидетельство дальновидности местной армянской общины, ее сплоченности и, видимо, умения перенимать все передовое во благо своего народа.

Другое просветительское общество – Общество распространения грамотности среди грузин – тоже проявляло интерес к женскому образованию. В 1908 г. оно возбудило ходатайство перед директором народных школ Терской области о разрешении открыть при Владикавказской грузинской школе отдельную женскую профессиональную школу. В 1913 году газета «Тана-медрове Квекана» («Современная страна» – З.С.) писала об успешном проведении экзаменов во владикавказской грузинской женской профессиональной школе.

Что касается женского образования в Южной Осетии, то грузинская пресса уделяла этому вопросу больше внимания, чем той же проблеме на севере Осетии. Газета «Иверия» в 1888 г. писала об открытии в селении Ахалгори женской школы, где преподавание ведется на русском и армянском языках, а грузинский язык вовсе вытеснен. Учительница этой школы предлагает местным крестьянам говорить по-армянски. Ревностное отношение грузин к образованию на их родном языке в данном случае понятно, поскольку речь идет о местности, где проживали много грузин, но, учитывая наличие в Ксанском ущелье и в самом Ахалгори осетинского населения, наверное, осетинский язык имел право присутствовать в учебных заведениях наравне с другими. Следует еще раз отметить активность армянских общин (выше об этом говорилось – З.С.) в сфере образования, в том числе и женского.

Корреспондент «Иверии» Кесане писал в 1895 году, что в местечке Цхинвале функционирует православная женская школа. Через два года на страницах «Иверии» появилось сообщение об открытии в Цхинвале двух школ: ремесленной и женской...

Хотелось бы закончить словами X. Уруймагова: «Сознание пользы образования женщин пробудилось и в жителях гор. Не назовет уже теперь горец, когда-то темный обитатель мрачных трущоб, образованную женщину демоном-искусителем и не скажет, что она своими нечистыми помыслами, познаниями и сатанистским умом собьет его, горца, с кажущегося ему правильным пути».

Прочитано 2649 раз Последнее изменение Четверг, 15 Сентябрь 2011 07:05